Одноглазый банкир. Каким был первый американский магнат XVIII века


Стивен Жирар

Судовладелец Стивен Жирар вошел в историю тем, что спас США от поражения в войне с англичанами: в критический момент предприниматель выдал государству кредит на военные нужды. Жирар сколотил состояние на торговле с колониями и Китаем, а существенную часть завещал школе для мальчиков-сирот

С самого своего возникновения Соединенные Штаты Америки манили к себе предприимчивых людей из самых разных стран. Олицетворением таких переселенцев стал Стивен Жирар. Это четвертый по величине богатства предприниматель за всю историю страны: в конце XVIII–начале ХIX века в пересчете к ВВП Жирар обладал состоянием большим, чем сейчас располагает Билл Гейтс. Путь Жирара к успеху стал лучшей иллюстрацией американской мечты.

На корабле в новую жизнь

Этьен (под этим именем он был известен в первый период своей жизни) Жирар родился в 1750 году в Бордо, крупном портовом городе. Его отцом был влиятельный судовладелец. Неудивительно, что уже в тринадцать лет мальчик ушел в море, чтобы выучиться на капитана. В то время на суда поступали в раннем возрасте, а опыт плаваний заменял школьное образование. Несмотря на то, что Жирар с детства был слеп на правый глаз, он смог стать бравым моряком, и уже в двадцать три года получил капитанскую лицензию.

В конце XVIII века трансатлантическая торговля занимала важное место в экономике Старого и Нового Света. Жирар отправился в Нью-Йорк, где занялся перевозкой товаров между вест-индскими колониями Франции и Америкой. С молодых лет живя самостоятельно среди людей самых разных наций и профессий, Жирар жадно впитывал впечатления, учился быстро принимать решения и руководить людьми.

В 1776 году предприниматель оказался загнанным английским кораблями на стоянку в Филадельфии. К тому моменту началась война за независимость колоний против Лондона, и французы выступали союзниками восставших. Маркиз Лафайет и тысячи других посланцев Франции воевали в Америке против англичан. Для Жирара случайность оказалась судьбоносной. В то время Филадельфия была одним из крупнейших городов Америки, процветающим торговым и промышленным центром, выполнявшим затем роль временной столицы США до постройки Вашингтона. Жирар быстро понял какие преимущества несет жизнь в таком месте, особенно в условиях продолжавшейся войны. В Филадельфии француз женился на местной уроженке и благодаря этому стал американским гражданином. Попутно предприниматель сменил имя с Этьена на Стивена. Жирар перестал сам ходить в море: вместо этого он предпочел управлять судами и их торговлей с берега. Постепенно предприниматель скупать торговые суда.

Вскоре боевые действия закончились, и Жирар смог спокойно посылать корабли на Гаити, в Гваделупу, Мартинику и другие острова Вест-Индии. Со временем Стивен дошел до торговли с удаленным Китаем. Уже тогда торговля стала по-настоящему мировой: из колоний суда Жирара везли кофе и сахар, из Китая фарфор и шелк, а обратным курсом из Америки они доставляли промышленные товары.

Торговцы против пиратов

В первые десятилетия бизнес Жирара сильно зависел от посторонних обстоятельств. В 1793 году в Филадельфии разразилась эпидемия желтой лихорадки, унесшая десятую часть населения города. Балтимор и Нью-Йорк закрыли свои порты для кораблей и товаров из Филадельфии. Многие тогда поддались панике и покинули временную столицу. Среди эвакуировавшихся оказался даже президент Соединенных Штатов Джордж Вашингтон. Стивен Жерар продемонстрировал лучшие качества морского капитана: предприниматель остался в городе, занялся обустройством больниц и даже лично ухаживал за больными.

В том же году началась война между Францией и Англией, сильно ударившая по трансатлантической торговле. Английские, французские и испанские каперы начали регулярно перехватывать его суда. Жирар требовал от президента Вашингтона действенных мер по защите американских торговых кораблей и открытой поддержки Франции. В ответ президент США подписал так называемый «Договор Джея», по которому Соединенные Штаты пошли на серьезные уступки Лондону в обмен на ненападение на свои корабли. Вашингтон объяснил, что уступки неизбежны ввиду слабости молодой республики. В 1801 году президентом стал Томас Джефферсон, кампанию которого поддерживал Жирар. Новый глава США стал более решительно защищать американские интересы.

В личной жизни Жирара также наступила черная полоса. Брак оказался бездетным, а вскоре его жена оказалась в приюте для душевнобольных. Жизнелюбивый француз взял на содержание любовницу, что шло вразрез с пуританскими нравами американской буржуазии. Впрочем, через несколько лет Стивен выдал ее замуж, а у самого предпринимателя появилась вторая сожительница — почти на тридцать лет моложе.

Возможно, в зрелые годы Жирар компенсировал комплексы юности, когда из-за своего уродства (глаз не просто не видел, а был деформирован) его игнорировали в обществе. Отдохновением от проблем в бизнесе и семейной жизни для Жирара стало поместье неподалеку от Филадельфии, в котором он с удовольствием работал.

Как приватизировать государственный банк

Жирару было уже за шестьдесят, когда он вошел в новый для себя бизнес — банковский. Как же процветающий торговец и судовладелец стал банкиром? Дело в том, что на заре независимости в США учредили Национальный банк. Его акционерами могли становиться частные лица, одним из которых стал Жирар.

С самого начала Национальный банк встретил упорное сопротивление: в его создании американцы увидели угрозу вмешательства государства в частные дела. Поэтому лицензия была выпущена на двадцать лет — с 1791 по 1811 год. После истечения срока Конгресс должен был либо продлить, либо отозвать лицензию. Под влиянием противников конгрессмены решили не продлевать деятельность банка, и его активы вместе с имуществом — зданием в Филадельфии, где он пребывал — выставили на распродажу. Жирар выкупил все акции и стал единственным владельцем нового банка. Таким образом предприниматель обошел закон Пенсильвании, запрещавший некорпоративным ассоциациям основывать банки.

Первой серьезной акцией Жирара как банкира было предоставление кредита в $8 млн правительству США, которые в тот момент вели войну с Англией. Казначейство Америки к 1813 году не имело денег, и продолжение войны казалось невозможным. Власти были в отчаянии — и только Жирар из патриотических побуждений (но также холодно и точно просчитав обстановку) выделил необходимую и гигантскую по тем временам сумму. Стоимость всех военных расходов в 1812-1815 годах составила $90 млн. Это означает, что Жирар профинансировал почти 9% военных расходов США и тем самым спас свою новую родину.

Именно Жирар повлиял на то, чтобы после окончания военных действий был заново основан Национальный банк в 1816 году. Он расположился все в той же Филадельфии, но теперь уже по соседству с Банком Жирара (такое название получило его финансового учреждение). Несмотря на преклонный возраст, Жирар ни на день не прекращал активных занятий — и банком, и торговлей, и управлением судоходством.

Тайное завещание Жирара

Коммерсант говорил: «Моя работа — это моя жизнь», и прибавлял: «Когда я умру, мои дела будут говорить за меня». Жирар даже шутил, что, если он не будет в тот момент спать, смерть придет за ним во время заботы и суеты.

Последние годы жизни он долго раздумывал над своим завещанием, которое составлял с ведущим адвокатом своего времени Уильямом Дуэйном, будущим министром финансов США. Всех вокруг интересовало, как же распорядится Жирар, самый богатый человек Америки, своими деньгами? Предприниматель предпочитал держать это в тайне.

Только после смерти банкира американцы узнали, что, помимо щедрого наделения своих близких, Жирар завещал большую часть средств на устройство в Филадельфии школы для мальчиков-сирот. Жирар-колледж существует и сегодня, он имеет репутацию одной из лучших школ города. С течением времени правила приема в него изменились, и теперь в колледж принимают не только белых (как писал в завещании Жирар) и не только мальчиков, да и понятие «сирота» теперь рассматривается по-иному. Для изменения критериев понадобилась 14-летняя тяжба, в которой участвовал сам Мартин Лютер Кинг. Противостояние завершилось тем, что в 1968 году в Жирар-колледж допустили первого не белого ребенка. Не пропал и Банк Жирара. После многих слияний и покупок он влился в то, что сейчас называется The Bank of New York Mellon и является одним из крупнейших финансовых учреждений мира.

Родственники во Франции пытались оспорить завещание. Дело дошло до Верховного суда США, который подтвердил волю покойного. Любопытно, что интересы французской родни отстаивал сам Даниэль Вебстер, крупнейший адвокат своего времени, но даже его красноречия не хватило, чтобы убедить судей не отдавать деньги мальчикам-сиротам.

Стивен Жирар был противоречивой фигурой. Будучи французом, он стал воплощением американской предприимчивости и деловитости. Являясь крупнейшим благотворителем — в русле традиций США, он при этом нарушал моральные каноны страны, содержал любовниц. К тому же, Жирар был атеистом: в пуританской Америке XIX века это считалось неслыханной дерзостью.

Через четыре месяца после смерти банкира был опубликован памфлет, написанный Стивеном Симпсоном. Это сын бывшего управляющего Банком Жирара, не получивший места отца. В своей статье Симпсон всячески пытался очернить покойного, однако время все расставило на свои места. Сегодня Жирар неоспоримо находится в пантеоне самых прославленных американских бизнесменов.

Leave a Comment

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.